: Андрей Губин: «Я, конечно, негодяй» :

Люблю правильных артистов. Вот Андрей Губин – правильный артист. Не судился, не скандалил, морду никому не бил. Короче, человек исключительно положительный. Его самого даже от своей «правильности» коробит, поэтому в конце нашей беседы он меня попросил: «Ты добавь от себя чего-нибудь, чтоб статья с перцем получилась». Я решил все-таки ничего не добавлять, а оставить все как есть.

 

- Как у тебя настроение?

- Сейчас получше. Сейчас тучи стали разбегаться, и я понял, что все у меня будет хорошо.

- Был тяжелый период? Депрессия?

- Депрессия - это мое постоянное состояние. Как-то разговорились с директором Филиппа Киркорова Олегом Непомнящим - он на меня посмотрел и спросил: "Пьешь?" "Нет", - говорю. "Тогда, наверно, наркотиками балуешься?" - продолжает он. "Нет, не употребляю". - "Наверно, у тебя депрессии часто бывают". - "Бывают", - отвечаю. А тяжелый период в моей жизни связан с тем, что я пытался устроить свою личную жизнь и все силы потратил на создание семейного гнездышка. Но в конце концов понял, что писать музыку у меня получается лучше. В общем, с личной жизнью ничего не получилось, зато написал новый альбом.

Я, конечно, негодяй... Люська, уходя, сказала: "Для тебя жена - это твоя работа. Ради этой своей музыки ты способен на все..."

 

«На фиг все это нужно!»

 

- Значит, ты виноват, что семья не состоялась?

- Так сложилось, и не нужно искать виноватых. У нее сейчас хороший парень, у меня - девчонка неплохая. Хотя я, конечно, слишком неспокойный человек, чтобы жить семейной жизнью.

- В чем это выражается - не можешь подолгу находится дома, что-то раздражает?

- Девушка Люся, с которой я расстался, называла меня "вечно ищущий". И в этом она права.

- И что же ты ищешь?

- Все: и любовь, и музыку, и Музу, и неприятности. Я пока не понял, что мне нужно для того, чтобы быть счастливым. Может быть, нужно играть не в чужую игру, а в свою. Мы часто забываемся, теряем себя, и наша жизнь превращается в цепь условностей. Здесь надо улыбнуться, там вовремя появиться, туда надо обязательно поехать, потому что важные люди приглашают, а здесь нужно выступить потому, что уже деньги заканчиваются. Вся мишура, которая меня окружает, не очень прельщает. Мне больше нравится с ребятами в футбольчик поиграть, на машине покататься, с девчонкой хорошей прогуляться, чем пить в компании нужных людей и горлопанить тосты, в которые ты сам не веришь. На фиг все это нужно! Хочется жить по-настояще­му, а не изображать из себя кого-то. В свое время Виктор Цой в интервью сказал: "Постарайтесь быть свободнее от условностей".

- Но ведь у тебя есть все внешние атрибуты счастливого человека. Ты популярен, с деньгами, да к тому же девочки тебя любят.

- Для меня самого загадка - почему же я так часто впадаю в депрессуху. Особенно по вечерам чувствую, как я одинок. Сажусь в машину, просто катаюсь по Москве и чего-то ищу, и думаю про себя: "Андрюха, чего же тебе не хватает? Вроде бы на неплохой машине ездишь, девчонки на тебя оглядываются, жилье неплохое есть, можно напрячься и дачу построить. А дальше-то что?! Я к деньгам всегда относился как к средству для свободы, и они для меня второстепенны. Наверно, поэтому очень часто терял крупные суммы - другой на моем месте уже застрелился бы. А мне жалко было не деньги, а человека терять, который с этими деньгами уходит.

- Что, было и такое?

- Было. После выхода первого альбома я стал ездить на гастроли, приезжал в Москву и складывал свои гонорары в сейф одного человека. Однажды вернулся с очередных гастролей, и оказалось, что нет ни этих денег, ни человека. Причем сумма была немаленькая - больше ста тысяч. Я очень до­верчивый человек, живу по принципу: лучше сто раз обмануться, чем один раз не поверить. Может быть, потому, что зарабатываю деньги с десяти лет. Мой отец когда-то рисовал карикатуры в журнале "Крокодил", а я помогал ему делать наброски и за это получал законные десять процентов с гонорара. В месяц набегало рублей пять.

 

«Отец лепил из меня Гарри Каспарова»

 

- А просто так тебе папа денег не давал на карманные расходы?

- Тогда у нас в семье больших денег не водилось. Отец работал научным сотрудником, подрабатывая рисованием. Помню, когда мне подарили на день рождения в 12 лет какую-то чешскую куртку за 60 рублей - это такой праздник был! К тому же у нас были большие проблемы с жильем. Своим родителям первую квартиру в Москве купил я. А ДО этого мы жили за городом в стареньком домике, купленном у дьякона.

У меня были очень тяжелые отношения с отцом - с 9 до 25 лет я находился с ним в состоянии необъявленной войны. Отец все время из меня что-то лепил - то шахматиста Гарри Каспарова, то теннисиста, то художника, то журналиста. Сейчас я понимаю, что отец за меня очень переживал и пытался довольно жестокими методами слепить из меня нормального мужика.

- Тебя били?

- Нет, если бы, бил, было бы легче. Когда тебя морально трамбуют - это тяжелее. Вот с девяти лет мы с ним и боролись. И отношения наши нормализовались только после августовского кризиса 1998 года. Отец обанкротился (у него такой долг, который даже я не могу оплатить) и вдруг понял, что я могу позаботиться о семье. Ему всегда казалось, что я - мальчик, привыкший вести красивую жизнь, и что при первой же возможности я смоюсь, брошу его, свою сестренку, мать. Хотя я не мог в свое время упасть к отцу в ножки и попросить: "Папа, дай денег". Поэтому все делал сам. Первое время даже жил в коммуналке, не имея возможности снять нормальное жилье.

- Неужели так мало зарабатывал?

- Это был период, когда мой первый альбом "Мальчик-бродяга" стал сходить на нет, а второго еще не было. И все подумали: Губин - однодневка, быстро стрельнул и быстро закончился. Концертов не было, денег, соответственно, тоже. А песни нужно было на что-то записывать, клипы снимать. В общем, Бог послал мне людей, которые помогли. По бюджету альбом "Только ты", наверно, был одним из самых дорогих. Пока его записывал, поменял 12 студий.

 

Сердце умнее головы

 

- А сколько времени ты тратишь на сочинение песни?

- Последний альбом долго не писался, а потом, когда я расстался с Люсей, вдруг сел и написал кучу песен за два с половиной месяца. Уже на следующий день после расставания написал "Облака". Появилась жуткая моторность. Что поделать, если по-другому я не могу. Если ничего не пишу, чувствую, как будто мне воздуха не хватает.

Кстати, многие мои песни оказываются пророческими. Вот я написал когда-то "Лиза, не улетай". И через три месяца девушка улетела на Гавайи. "Милая моя далеко" написал и чуть ли не сразу после этого уехал на полгода в Канаду. Песню "Плачь, любовь" я сочинил за полгода до расставания с Люсей. Когда я ее писал, уже понимал, что мы расстанемся. Видимо, сердце знает гораздо больше, чем мозг.

- Сейчас как у тебя с гастролями?

- Хорошо. Я полностью поменял состав своей группы и чувствую, как гастрольное колесо закрутилось по новой.

- Почему уволил прежних музыкантов?

(Пауза.) - ...Потому что спортом не занима­лись. За собой надо следить и в физическом, и в духовном плане. К тому же я не хочу играть вчерашнюю музыку. Извиняюсь за столь интимные подробности, но перед выходом на сцену мы с музыкантами обнимаемся - встаем в кружок, кладем друг другу руки на плечи, и я говорю: "Ребята, я в вас очень верю, давайте дадим жару". У меня особое отношение к музыкантам, я хочу, чтобы у меня была команда!

 

Владимир Полупанов

АиФ СВ №31 2000г.

<< Вернуться назад в раздел "Пресса"